Инструменты влияния

Инструменты влияния

12.01.2022 22:47:48 (GMT+12)

В сентябре 2022 года в России пройдут избирательные кампании различного уровня. И этот Единый день голосования должен быть спокойнее того, что был в 2021-м. Федеральной кампании на горизонте нет: президентские выборы предстоят в 2024 году, а думские прошли совсем недавно. В социальных сетях тем не менее уже начинают распространять фейки об избирательных процессах. Якобы в рамках муниципальной реформы будут местные выборы по всей стране. В реальности же предстоит выбрать 15 глав регионов, около десятка заксобраний, дупутатов муниципалитетов — в общем, этими процессами у нас будет охвачена примерно треть регионов. Кто-то стращает досрочными выборами президента. Любят писать о том, что могут быть выборы в парламент Союзного государства. Пока всё-таки исходить надо из того, что нас ждут традиционные региональные кампании.

Но все эти действия говорят о том, что, скорее всего, в некоторых субъектах наши зарубежные противники будут тренироваться в использовании технологий разобщения. Главная цель — президентские выборы 2024 года, и очевидно, задача, которая ставится внешними недоброжелателями, заключается в том, чтобы расколоть общество. Мы же видим, что получается с историей про QR-коды, когда удалось «вбить клин» даже среди государственников. У нас часть общества выступает за, а часть — категорически против, и все эти настроения в «антиваксерских группах» старательно разогреваются профессиональными провокаторами. А таких болевых тем полно: ювенальная юстиция, обязательность прививок, крупное строительство в самых разных населенных пунктах, якобы ущемление прав граждан. То есть тем, по которым нас могут и будут «качать», огромное количество.

Есть еще несколько сложных моментов при проведении выборов в 2022 году. Во-первых, цифровизация. С одной стороны, на выборах 2021-го очень много рассказывали об эффективности интернет-технологий. У кандидатов были большие виртуальные кампании и интернет-штабы. Но мы с коллегами по Общественной палате увидели, что максимум треть победителей после голосования продолжили вести свои страницы — какой-то контент всё-таки публикуют депутаты Госдумы, но должны же быть ответы на вопросы, обратная связь, реакция. А этого нет. У кого-то пропала мотивация, у других это вели политтехнологи. Но наши избиратели поверили в то, что у кандидатов открытость, искренность и готовность к прямому диалогу. И если людям будут последовательно показывать, что это всё исчезло, то они могут разочароваться. Поэтому интернет-активность крупных политиков, депутатов, лидеров общественного мнения — крайне важный инструмент. И этому нужно учить — вот многие общественные деятели активны в сети, но им приходится параллельно выращивать «толстую кожу», чтобы защититься от нападок и буллинга.

Особое внимание, конечно, в выборах 2022 года мы уделяем и Дистанционному электронному голосованию (ДЭГ). И я лично, и Общественная палата выступаем за этот инструмент. Система готова к масштабированию на всю страну, но нам опять искусственно навязывают недоверие к этой модели голосования. Соответственно, тут нужно проводить масштабную превентивную информационную кампанию. Объяснять не во время и не после онлайн-голосования, а до него. Всё новое от линии власти вызывает отрицание и, подчеркиваю, очень серьезные средства и силы брошены на то, чтобы это отрицание «раздувать». Главная необходимость перед кампанией 2024 года — объяснить обществу, что результаты, которые будут получены с помощью электронных инструментов, действительно отражают волю россиян. Казалось бы, ничего нет проще, но именно по этой линии будут атаки со стороны внешних и внутренних оппонентов государства. Ставится задача за годы до президентских выборов накачать общество и довести до ситуации нервного напряжения. А уже потом всё это конвертировать в итоги выборов.

Есть еще один грустный и одновременно парадоксальный момент. У нас уже за 90 млн ушло число пользователей портала госуслуг. Но при этом, те, кто активно пользуется цифровыми сервисами, пытаются от государства свою активность скрыть. Появился термин «dark social», под которым подразумеваются закрытые чаты, приватные мессенджеры. В них и пролезают все провокаторы — просто внедряются и работают на отрицание, а эффективных технологий противодействия в этих группах у власти пока нет.

Поэтому надо создавать свои технологии по доставке месседжей в сети и работе в существующих каналах коммуникации, которые действуют против государства. Пример с вакцинной кампанией уже показывает, что сбои идут. Существует целый ряд «информационных заповедников», куда абсолютно реальная объективная информация не проникает, потому что люди ее там не готовы воспринимать и создают «защитные механизмы» для опрокидывания разумных инициатив власти.

Автор — руководитель рабочей группы ОП по общественному наблюдению за ДЭГ.

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора.

«Известия», 10 января 2022 г. https://iz.ru

Итоги года «Забрабочего»

26.01.2022 19:12:55 (GMT+12)

Итоги года «Забрабочего»